Международный благотворительный центр НАДЕЖДА

Отзывы о нашей работе

Юшкарева Елена

Юшкарева Елена

Иногда думаешь, что выхода нет, что впереди ничего .... только кабала твоих проблем,этот нарастающий клубок ....проблем. И вдруг появляется надежда, большая и светлая, и очень настоящая и ощутимая.

Я хочу сказать огромное спасибо НП МБЦ "Надежда"  за то что они есть ...

Моя семья оказалась в тяжёлой финансовой ситуации. Много лет мы лечим сына с генетическим заболеванием, поддерживаем его лекарствами и делаем по мере необходимости операции. У него несовершенный остеогенезом или в простонародье "Хрустальный ребенок", кости хрупки как стекло. Очень много средств уходит на его лечение, которых наверное как и у многих семей,похожих на нашу, не хватает. Когда было уже совсем невмоготу, так получилось, что одна мамочка, узнавшая нашу ситуацию, тоже имевшая ребенка-инвалида, нам дала координаты "Надежды" и мы обратились. Вы знаете каково было моё удивление когда я встретила таких открытых , сосредоточенных,  целеустремленных и просто очень приятных девушек в офисе "Надежды". ( Потому что , многие меня поймут, мамочки непростых деток привыкают уже к взглядам отражающих только отвращение, презрение, негодность и т.д. ). Они реально помогли финансово!!!! Оплатили многочисленные расходы поездки в клинику!!! Вы знаете ....это очень ощутимо для нас, это колоссальная поддержка и это очень важно!!!  Надежда действительно существует! Верьте в нее!

СПАСИБО "Надежде" за вашу огромнейшую помощь и поддержку!!! Спасибо что вы есть!!!
Биянова-Гайнуллина Луиза

Биянова-Гайнуллина Луиза

Семья БияновыхГайнуллиных благодарит центр за помощь в приобретении лекарств для дочери Луизи (диагноз смешаная гидроцефалия с преобладанием внутренней). БОЛЬШОЕ СПАСИБО ВАМ И МНОГО МНОГО ЗДОРОВЬЯ!!!
Семья БияновыхГайнуллиных благодарит центр за помощь в приобретении лекарств для дочери Луизи (диагноз смешаная гидроцефалия с преобладанием внутренней). БОЛЬШОЕ СПАСИБО ВАМ И МНОГО МНОГО ЗДОРОВЬЯ!!!
Неклюдова Галя

Неклюдова Галя

Неклюдова Галя, Максим и Богдан.
Добрый день! Меня зовут Неклюдова Галя. У меня двое детей, Максим 7 лет и Богдан 2 года. Я не замужем, воспитываю детей одна, сама сирота. Временно не работаю, т.к. младший сын ещё не получил путёвку в садик. Вынуждена сидеть с ним дома. Старший нынче пойдёт в первый класс.
У меня очень плохое зрение, и я должна была оформить группу инвалидности, т.к. очень плохо вижу. При оформлении всех документов я смогу получать пенсию, и это помогло бы мне хоть как-то сводить концы с концами. Пособие по уходу за ребёнком я не получаю вот уже 6 месяцев.
Чтобы оформить пенсию, мне необходимо было пройти медосмотр, собрать все справки и анализы, сделать МРТ. Очередь на бесплатное МРТ ждать нужно было полгода, а жить уже совсем не на что. МРТ платное стоит 2800 руб. В этой ситуации мне совершенно неоткуда было ждать помощи, да я и не надеялась. Но в администрации города мне посоветовали обратиться в Центр "Надежда", что я и сделала. Меня встретила очень отзывчивая женщина (она оказалась руководителем Центра), побеседовала со мной, дала много ценных советов, в том числе относительно документов. Я получила набор продуктов питания, одежду, канцтовары, игрушки и витамины для детей. А также Центр оплатил для меня МРТ и через короткое время я смогла оформить инвалидность, и теперь буду ежемесячно получать пенсию. Я очень благодарна центру "Надежда" за помощь в трудную минуту, тогда, когда она больше всего была мне нужна. Спасибо!
Вахрушев Егор

Вахрушев Егор

Вахрушев Егор (7 лет) - "Хрустальный мальчик"
«Хрустальный мальчик»
Меня зовут Елена Владимировна, у меня двое сыновей (7 и 1,5 лет). Старшему, Егору, поставлен диагноз несовершенный остеогенез IV степени, он инвалид с рождения. С тех пор, как сыну исполнилось полтора года, мы 3-4 раза в год находимся под наблюдением специалистов и проходим курс лечения и реабилитации. По мере необходимости ему делают операции. Клиника, куда нас берут, находится в Москве (Москва-GHS). Поездки туда, проезд и проживание мы оплачиваем сами, но каждый раз находить эти деньги бывает для нас очень трудно. Эти курсы лечения мы должны проходить регулярно, чтобы поддерживать жизнь ребёнка.
В июне 2016 года я обратилась за помощью в Центр "Надежда", и мне помогли. Я встретила очень отзывчивых людей. Центр оплатил полностью наш проезд в Москву и обратно (для Егора, для меня самой и для деда, т.к. я одна не в состоянии сопровождать ребенка и обеспечивать его передвижение). Я очень благодарна за эту помощь! Спасибо, Центр «Надежда»! Спасибо за Ваше неравнодушие и отзывчивость.
Андрей Романченко

Андрей Романченко

Меня зовут Андрей Романченко. Я со своей семьей жил на Украине, в городе Луганске. Но прошлым летом на Украине началась война, и я с женой и тремя детьми был вынужден уехать из города.
Меня зовут Андрей Романченко. Я со своей семьей жил на Украине, в городе Луганске. Но прошлым летом на Украине началась война, и я с женой и тремя детьми был вынужден уехать из города. Нам приходилось прятаться, потому что всюду велись обстрелы, дети (да и мы сами) были очень напуганы, и я не мог ни им, ни самому себе объяснить, что происходит. Так мы покинули Украину и оказались в России, в городе Ижевске. Мы живем здесь уже около года, но я все еще не могу найти работу, т.к. у меня третья группа инвалидности. Моя жена работает продавцом в магазине. Мы снимаем квартиру. Жизнь здесь нелегкая, но все же это лучше, чем жить под обстрелами на Украине.

В первый раз мы обратились в Центр «Надежда» за помощью в сентябре 2014 года. Это был пик наших трудностей. Нам практически нечего было есть. С тех пор «Надежда» оказывала нам помощь семь раз, практически каждый месяц или два. Нам давали не только наборы продуктов, но и одежду для жены и детей, витамины, покупали подгузники для младшего ребенка. Мы очень благодарны! Спасибо вам большое! Как здорово, что вы есть!

А. Романченко
Надежда Шадрина

Надежда Шадрина

Меня зовут Надежда, мне 33 года, у меня двое несовершеннолетних детей. Я оказалась в сложной жизненной ситуации: после смерти моей мамы у нас с братом и сестрой сложились очень напряженные отношения...
Меня зовут Надежда, мне 33 года, у меня двое несовершеннолетних детей. Я оказалась в сложной жизненной ситуации: после смерти моей мамы у нас с братом и сестрой сложились очень напряженные отношения. Мы поссорились из-за квартиры, где я проживала со своими детьми. Сестра началась выселять нас через суд, добилась того, что нам отключили свет, а потом и газ, из-за чего нам с детьми приходится скитаться по подругам, искать какое-то временное жилье. Иначе нам просто негде жить.

Про отца детей я уже давно ничего не знаю: он никогда не помогал нам, и жив ли вообще, неизвестно.

Вот и живем мы на мою пенсию по инвалидности 3 группы и детские пособия, порой не хватает денег даже на еду – про одежду я вообще молчу. Бывает даже нечего есть.

Хочу сказать огромное спасибо центру «Надежду» и всем тем, кто поддерживает его деятельность. Дай Вам Бог здоровья, успеха и здоровья! Спасибо, что вы есть! Спасибо за то, что вы помогаете таким, как я.

Надежда Шадрина,
Анна Назаренко

Анна Назаренко

Мы с семьей из 4 человек (я, муж, дочь и сын) прибыли в г. Ижевск из Украины, г. Славянск Донецкой области. Из-за военных действий на Украине в нашем городе жить стало невозможно...
Мы с семьей из 4 человек (я, муж, дочь и сын) прибыли в г. Ижевск из Украины, г. Славянск Донецкой области. Из-за военных действий на Украине в нашем городе жить стало невозможно, т.к. каждый день шли обстрелы из тяжелой артиллерии, угрожая жизни детей и взрослых. Спали мы в подвалах или в ванной комнате, было очень страшно жить, продукты стали стоить очень дорого, для детей не было возможности закончить школу. Обстрелы шли каждый день, танки ехали по нашим улицам, стреляли по нашим домам.

Мы жили в местности под горой Карачун, там, где разместилась Украинская армия. С этой горы постоянно ведется обстрел города и мирных жителей. Нам было очень страшно там находиться. И вот мы приняли решение об отъезде, быстро собрались и выехали из Славянска в город Ижевск, Россия. Было очень страшно проезжать через блокпосты, где нас проверяла Украинская армия с автоматами в руках (вдобавок вблизи сидели снайперы).

Дети до сих пор об этой войне вспоминают с ужасом. Даже когда запускают салют, они боятся, думая, что нас снова бомбят.

Сейчас мы очень нуждаемся в помощи, в том числе помощи продуктами питания и одеждой, но также и финансами. Здесь в Ижевске мы с мужем смогли найти работу, но финансов не всегда хватает на жизнь. Нам рассказали, что здесь есть Центр «Надежда», где мы сможем получить поддержку. Так оно и произошло. Мы пришли в Центр, нас встретили очень приветливые люди, нам дали большой набор продуктов питания, подобрали одежду нам и детям, дали витамины для детей. Через некоторое время мы пришли еще раз, и нам вновь не отказали.

Мы хотим сказать большое спасибо всем сотрудникам Центра «Надежда», всем, кто оказывает содействие в сборе этой помощи для таких людей, как мы. Мы очень нуждаемся в этом, спасибо! От всего сердца желаем вам процветания, здоровья и главное мира! Пусть Бог хранит вас!

Анна Назаренко,
Нелля Адрова

Нелля Адрова

Я – Адрова Нелля Никитична. Мы беженцы из Украины, Донецкая область, г. Горловка.
Я – Адрова Нелля Никитична. Мы беженцы из Украины, Донецкая область, г. Горловка. Наша семья состоит из 8 человек, мы все вынуждены были бежать из города, в котором работали, росли наши дети и внуки. Но мы не могли уехать сразу, как началась война, т.к. моя мама была очень больна и не вставала с постели, ей было 94 года. Через некоторое время она умерла (мы смогли похоронить ее – работала ритуальная служба – но с кладбища пришлось уехать, даже не закопав, т.к. украинская армия начала обстрел как раз в этом районе; похороны закончила ритуальная служба уже без нас).

8 месяцев мы фактически жили в подвалах. Холодно, сыро, голодно. Аптеки разбили, лекарств нет, врачи уехали, пенсий нет, зарплаты нет. В городе фактически ничего не работает. Бомбардировки шли по школам, больницам, электростанциям, детским садам, разрушили газопровод. Город остался без света.

В квартире моей младшей дочери снаряд  пролетел через всю квартиру и врезался в кладовую. Спасло то, что под окном стоял старый тополь, который смягчил ударную силу.

Обстрел велся из крупнокалиберной техники. Все это очень страшно. Сидишь в подвале и не знаешь, увидишь Божий свет завтра или нет. Выходишь из подвала и не знаешь, куда попадет осколок. В подвалах ни света, ни воды, ни туалета. Нас выручали фонарики, свечи, у кого они были. Всего просто не описать.

Мы все очень благодарны России за гуманитарную помощь. Но когда люди приходили получать паек, украинская армия стреляла по очереди к пунктам раздачи.

ДНР стараются помочь людям как могут. Мы, простые люди, не понимаем, за что уничтожают народ?

Здесь, в Ижевске, куда мы переехали, мы живем на съемной квартире, которую оплачивает дочь. Ей и ее мужу приходится кормить нас пятерых плюс они сами. Мы просто выживаем. Хотя здесь все равно лучше – здесь хотя бы не стреляют.

Мой муж перенес инсульт, ему нужны лекарства. Нам по 65 лет. Я хотела сама пойти работать, но нигде не берут, говорят: нужны работники только до 30 лет.

Я обратилась в Центр «Надежда», и здесь нам оказали помощь продуктами питания, одеждой, даже предметами обихода, дали постельное белье, посуду, внукам витамины и многое другое. Я очень благодарна сотрудникам этой организации! Спасибо! Вы облегчаете жизнь.

Нелля Адрова,
Екатерина Старик

Екатерина Старик

Меня зовут Екатерина Старик.  Я приехала в город Ижевск из зоны АТО, из города Горловки. Там у нас идут боевые действия.
Меня зовут Екатерина Старик.  Я приехала в город Ижевск из зоны АТО, из города Горловки. Там у нас идут боевые действия. Практически каждый день мы были вынуждены опускаться в подвал. Было очень страшно, потому что не знали, куда в следующий раз прилетит снаряд Украинской армии. В подвалах мы сидели от 8 до 12 часов: без света, воды, еды. Происходили бомбежки в разное время суток, в основном начинали бомбить с 5 вечера до 2 часов ночи. И как бы нам ни хотелось спать, кушать, в туалет, из подвала мы не выходили. Украинская армия попадала снарядами в водоносные станции, электробудки, в котельные, перебивали газопровод. После этого у части города не было газа и света. Снаряды летели в жилые дома и кварталы, специально убивали ни в чем не повинное население Донбасса. Очень больно осознавать, что из-за это глупой войны умирают семьи, дети, старики… Они ни в чем не виноваты, они просто хотели жить…

Летом 2014 года, в июле, на остановке погибло 10 человек, которые просто стояли и ждали автобуса, собирались ехать по делам… И один снаряд унес их жизни…

Я теперь живу в Ижевске, в Удмуртии, куда мне пришлось убежать от украинской войны. Но обстрелы не прекращаются даже теперь в моем любимом городе Горловка. В новостях часто упоминают город, и сразу сжимается сердце и по всему телу бегут мурашки.

Я живу здесь уже несколько месяцев, и в силу возраста не могу устроиться на работу, поэтому приходится непросто. Но здесь мне подсказали, что есть Центр «Надежда», где беженцам и просто всем нуждающимся оказывают помощь. Я обратилась туда и получила не только гуманитарную поддержку продуктами питания, одеждой, но и встретила внимательных, участливых, сострадательных людей, которые выслушали меня и мою историю и посочувствовали моей боли. Спасибо им! Спасибо всем сотрудникам Центра «Надежда», очень хочется, чтобы они и дальше продолжали свою работу, чтобы помогали таким, как я, - потому что нам такая помощь очень нужна! Спасибо, «Надежда»!

Е. Старик
Юля Иванцова

Юля Иванцова

Меня зовут Юля Иванцова. Я круглая сирота. У меня трое детей. В 1993 г., когда мне было 6 лет, моя мать была лишена родительских прав, отец умер.
Меня зовут Юля Иванцова. Я круглая сирота. У меня трое детей. В 1993 г., когда мне было 6 лет, моя мать была лишена родительских прав, отец умер. Я и двое моих старших братьев воспитывались с бабушкой. В 2000 г. она перестала быть нашим опекуном из-за того, что много пила, и я попала в приют. Я провела там два года, после чего меня перевели в интернат №2 г. Ижевска. В 2004 г. я родила сына, с отцом этого ребенка я связь не поддерживаю, он сразу от нас отказался. В июне 2004 г. умерла мама, а в 2006 г. умерла бабушка. В 2007 г. я родила второго ребенка. Вскоре после этого приехал мой старший брат и стал требовать разделения бабушкиной двухкомнатной квартиры. В итоге он взял свою долю наличными, а мы со средним братом и детьми купили дом в с. Подгорное (Киясовский р-н Удмуртии). Мы прожили там два года, когда старший брат появился вновь и начал опять требовать свою долю наследства. Нам пришлось продать дом по секрету от него и уехать дальше. В 2008 г. мы купили дом в д. Шихостанка (Киясовский р-н). Но 9 марта 2010 г. наш дом сгорел. Я, двое детей и муж приехали в город, снимали комнату в общежитии, прожили там почти год к тому времени, как хозяйка попросила нас освободить комнату. У меня родилась дочь, и нам совсем негде было жить.

Постепенно ситуация разрешилась, теперь мы снимаем жилье, работаем и стараемся жить нормальной жизнью.

Последние несколько лет Центр «Надежда» постоянно помогал мне продуктами питания, одеждой для меня и моих детей. Галина Алиева подсказывала, как поступить в той или иной непростой ситуации. В трудных обстоятельствах я всегда приходила в этот центр и находила помощь и поддержку. Жизнь бывает очень трудной, но  я знаю, что есть люди, которые всегда готовы помочь. Спасибо сотрудникам Центра «Надежда»!

Юля Иванцова
Оксана Башенина

Оксана Башенина

С самого детства я воспитывалась в детском доме. Мама отказалась от меня в роддоме. Впоследствии я увидела ее лишь однажды, когда мне было 7 лет, - больше она меня не навещала.
С самого детства я воспитывалась в детском доме. Мама отказалась от меня в роддоме. Впоследствии я увидела ее лишь однажды, когда мне было 7 лет, - больше она меня не навещала.

В 17 лет я родила дочь Юлю. Гражданский муж сам был молод, когда-то мы вместе учились в одном классе, ему на тот момент было 18 лет. Сам он из многодетной семьи, их воспитывала одна мама, отец умер. Нам было очень трудно выживать.  В администрации города мне посоветовали обратиться в Центр «Надежда», где я регулярно получала поддержку продуктами питания и одеждой.

Через несколько лет я забеременела вновь. Честно говоря, я не хотела рожать, т.к. боялась, что муж не сможет нас обеспечить. И когда мне в  роддоме  сказали, что дочь больна, я решила отказаться от ребенка. Вернувшись из роддома,  я обратилась в Центр «Надежда» за помощью в очередной раз.  На вопрос  руководителя Алиевой Галины Кирилловны о том, что с ребенком, я ответила: «Он умер». Тогда Галина Кирилловна спросила меня снова: «Ты видела его мертвым? Ты похоронила его?» На самом деле мой ребенок был жив, и я знала это. Я отказалась от него еще в роддоме…  Галина Кирилловна убедила меня оставить ребенка, вернуть ему семью. И я забрала дочку из дома ребенка, куда ее уже отправили как подкидыша, когда ей исполнился месяц.

Центр «Надежда» много помогал нам с тех пор на протяжении нескольких лет, дочь Ксюша росла. Я очень ее люблю, и теперь не могу даже представить, что отказалась бы от нее. В трудные периоды жизни Центр «Надежда» всегда приходил нам на помощь: продуктами питания, одеждой для меня и девочек.

Спустя 4 года я опять забеременела. Почти накануне родов, когда я шла по улице одна в вечернее время, меня ограбили – украли сумку со всеми документами. Через несколько дней я родила сына. Спустя неделю, как раз когда подошел срок выписываться из роддома, у меня открылось внезапное кровотечение, и меня положили в больницу – а сына тем временем отправили в детскую больницу. Через две недели я пришла забрать его из больницы. Но так как документа, подтверждающего мою личность, у меня теперь не было, а на учет в женскую консультацию я встать не успела – поэтому у меня не было документов, подтверждающих мою беременность, - ребенка мне отдать отказались. Даже когда я принесла им новый паспорт, было уже поздно: моего сына официально оформили, как сироту.

Я обращалась к представителям власти, просила разрешить мою проблему, вернуть мне сына – но сталкивалась лишь с холодным безразличием бюрократической машины. Это был замкнутый круг. Мне запрещали даже навещать моего малыша – потому что официально я не приходилась ему никем – и тем более, по словам работников больницы, я не была его мамой!  

Но я боролась. И опять Центр «Надежда» пришел мне на помощь. Галина Алиева добилась для меня встречи с уполномоченным по правам ребенка в г. Ижевске, и после долгих бюрократических проволочек мы смогли через суд добиться правды – и мой сын возвратился домой! Правда произошло это спустя почти 5 месяцев…

Я очень благодарна Галине Алиевой и Центру «Надежда» за участие в жизни моей семьи. Если бы не этот Центр, двое моих детей были бы сиротами…

Но сейчас мои дети со мной, нам помогают, мы не одни. Слава Богу!
Светлана Петрова

Светлана Петрова

Жизнь моя протекала вяло, тускло и агрессивно. Я находила утешение в пьянке (напьюсь, забудусь - и все мне нипочем)
Жизнь моя протекала вяло, тускло и агрессивно. Я находила утешение в пьянке (напьюсь, забудусь - и все мне нипочем). Сейчас я понимаю, что от этого страдали мои дети и утешение-то было - как в забытьи, это не меняло действительности.
Работала я на стройке, дворником и уборщицей, денег не хватало катастрофически. Я понимала, что детей надо кормить (их у меня было трое и намечался четвертый ребенок). Я была очень агрессивной и ругалась по любому поводу нецензурными словами, не обращая внимания на ранги. Могла обматерить и простого человека, и любого начальника, а также своих детей.
Во время беременности с четвертым ребенком я "протрезвела" и стала задумываться о финансовом состоянии своей семьи. Обратилась в мэрию города за материальной помощью. Там мне предложили пойти в Международный Центр "Надежда", где мне тоже могут оказать помощь.

После рождения дочери я стала приходить в МЦ "Надежда", где мне предложили посещать занятия с психологом. Я согласилась.
Мы стали собираться по вечерам раз в неделю. Мне очень понравились эти общения, я уходила домой "заряженная" оптимизмом и на жизнь стала смотреть совсем по-другому. Я увидела смысл жизни: захотелось жить и жить другой жизнью, трезвой и счастливой. На детей посмотрела по-другому, обратила внимание. Дети заметили, что с этих общений я прихожу "другая" и стали посылать меня в эти общения.
В этих общениях нас не осуждали за прошлую пьянку и гулянку, а принимали наравне с остальными, я не чувствовала себя ущербной и униженной. Здесь я чувствовала себя значимой и все это приносила домой, в семью. Я стала очень спокойной. Удивлялась сама, что не отвечаю грубостью на грубость. В моей семье стали происходить изменения.
Появилось полное отвращение к спиртному - полное!!!
Почувствовав себя человеком, я поменяла работу и сейчас я в состоянии содержать свою семью, дети у меня сытые и одетые (я стараюсь кормить детей и мясом, и рыбой, и даже фрукты появились у нас на столе). Ощущая изменения в себе, я предложила и своим детям посещать занятия с детским психологом в Центре "Надежда". Моему сыну очень понравилось, он пригласил своего друга, и теперь они вместе посещают эти занятия.
В нашей семье поселился мир и покой. Раньше я орала на своих детей, требуя повиновения, а сейчас я не кричу, говорю спокойно и, что удивительно, дети мне повинуются (хотя и не всегда).
Я стала более смелой и написала письмо Президенту Удмуртской Республики с просьбой о расширении моей жилплощади. У меня четверо детей и мы ютимся в комнате общежития 12 кв.м. Если бы я, как раньше, пила, мне бы и в голову не пришло что-то предпринимать.
Я хочу немного рассказать о своем внутреннем состоянии. Раньше в пьянке я находила удовлетворение (радость, хорошее настроение, меня принимали, на меня обращали внимание мужчины, я находила о чем поговорить). Но когда трезвела, то обнаруживала, что все проблемы оставались нерешенными: чем накормить детей, во что одеть, где взять денег и т.п. Ко всему этому добавлялась головная боль - похмелье - и становилось еще хуже. Приходило разочарование и чувство вины.
На занятиях в группе я поняла, что алкоголизм - это заболевание, но это заболевание порождено грехом, от которого может освободить только Бог. И я начала молиться, чтобы Бог освободил меня от этой зависимости.
Сейчас при взгляде на спиртное во мне поднимается волна отвращения. Разум мой не понимает, как я могла находить в этой гадости удовольствие… Без этого можно жить и весело, и радостно. Я и без этого могу попеть и поплясать.
Моя жизнь стала намного интереснее и богаче внутренне, поменялись многие ценности, я стала находить удовольствие в других вещах, меня переполняет чувство радости. Все вокруг это замечают…

Светлана Петрова
Александр Иванов

Александр Иванов

Отца я видел один раз, да и то тогда он был пьяным, я даже думаю, что он не узнал меня. Мать от меня отказалась, когда мне было 6 лет, и меня отправили в Алнашский детский дом.
Привет всем!

Меня зовут Саша, мне 20 лет, я учусь в колледже и работаю одновременно.

Я родился  в г.Ижевск, Россия. Отца я видел один раз, да и то тогда он был пьяным, я даже думаю, что он не узнал меня. Мать от меня отказалась, когда мне было 6 лет, и меня отправили в Алнашский детский дом. Мне там было хорошо: добрые воспитатели,  друзья, красивая природа.

Когда мне исполнилось 7 лет, меня забрала одна приемная семья,  и я  подумал: я попал в рай, у меня есть семья, где меня любят. На самом деле все оказалось иначе: меня оскорбляли, держали голодом, жестоко наказывали за малейшую провинность. В школе, где я учился, меня называли бомжем, потому что у меня была плохая одежда, постоянно били или толкали. Я очень любил учиться, но начал пропускать школу, стараясь избегать драк и насмешек одноклассников, но за это меня наказывали дома: ставили на горох или жестоко избивали. Очень рано я познал одиночество, желание  умереть, голод,  холод. Мне не хватало любви и тепла. Я стал зажатым, молчаливым и угрюмым. У меня не было детства, и  мне не дарили игрушек. У меня не было ничего.

Я начал убегать из семьи, но меня ловили и возвращали силой. В конце концов, меня положили в психушку. Приемные родители приходили ко мне и спрашивали, хочу ли я домой. Хотел ли я домой? Да, хотел  всем сердцем!!!!! Что человек без дома?.. Но я сказал «нет». Я не хотел опять носить старую дырявую одежду, сидеть голодом, терпеть побои, да и к тому же я нашел свою родную мать, и она навещала меня в больнице. В психушке меня держали 5 месяцев, а потом отправили в интернат, где я жил и учился 4 года.

В интернате я и познакомился с центром «Надежда» и Галиной Кирилловной Алиевой. В нашем интернате они проводили праздники «День именинника» и  Новогодние елки. На «День именинника» дети могли просить что хотели, но не более чем на 500 рублей.  Честно скажу, я не поверил.  С чего бы это чужие люди станут делать такие подарки? Это меня очень удивило и обрадовало, а когда мой одноклассник сказал, что можно еще съездить в офис, то я сразу поехал. Там я познакомился с американцем Терри Парк и еще очень многими добрыми людьми. Мы пили чай, общались, смотрели телевизор. В конце концов, я стал чуть ли не каждый день проводить в офисе. И каждый день мне были рады, улыбались и рассказывали о Боге.

В 2003 году я выпустился из интерната и меня направили учиться в училище, не спрашивая, хочу ли я учиться на ту профессию, которую они предлагали. Через полгода я покинул училище по собственному желанию. Я очень расстраивался и не знал, что делать, но в центре «Надежда» меня поддержали, и я поступил в вечернюю школу. Я проучился полгода, но люди, у которых я проживал, попросили покинуть их. Я оказался в затруднительном положении: без жилья и учиться нельзя.

Я уехал в деревню (к маме), начал пить – а мне было всего 18 лет. Много курил. Но ровно через месяц за мной приехала Галина Кирилловна и забрала меня из деревни, буквально вырвав из грязи. Галина Кирилловна пробила мне койку-место в общежитии, и помогла мне морально и финансово.

С тех пор прошло немало времени. Я начал ходить в церковь, недавно крестился. Сейчас учусь в колледже на юриста и работаю одновременно. Когда есть свободное время,  я  всегда захожу в центр «Надежда», ведь я точно знаю, что мне там всегда рады и улыбнутся. Я всегда благодарю Бога за МЦ «Надежда», и если бы не эти добрые люди, я не знаю, каким бы я был сейчас.

Александр Иванов
Татьяна Шампарова

Татьяна Шампарова

В 16 лет я вышла замуж и родила ребенка. В 2000 году мы продали квартиру.Так как нашим риэлтором оказался  мошенник, который оформил сделку и исчез из города, моя семья осталась без квартиры и без денег. Муж отказался нести ответственность за происшедшее и оставил нас с сыном одних.
Родилась я в поселке Кильмезь Сюмсинского района Удмуртской Республики. В нашей благополучной семье я была четвертым ребенком, но счастливое и беззаботное детство закончилось, когда я училась в начальных классах: родители развелись.

Несмотря на то, что мама нас воспитывала одна и ей приходилось много работать, она всегда находила время для общения с нами. Много говорила о Боге, не переставая повторять, что без Бога – не до порога. В доме у нас была Библия, и мама с бабушкой постоянно молились.

Так прошло мое детство, затем юность, пришли замужество и собственная семья. Я понимала, что Бог существует и Он со мной, часто я мысленно обращалась к Нему и получала ответы, но не было ежедневного общения с Ним, и вера была слаба. Я начинала читать Библию и ничего не понимала, и поэтому все больше общалась с грехом.

Я стала раздражительной, недовольной собой, появился какой-то страх, неуверенность в завтрашнем дне, комплекс неполноценности. И я нашла себе утешение в приеме алкоголя. Сначала мне было достаточно рюмки вина, потом появились компании, где я не могла отказать – и количество выпитого увеличивалось. Все это привело меня к алкогольной зависимости.

Но, к счастью, в один прекрасный день дочь пригласила меня на общение в группу «12 шагов», которая проводилась в Международном центре «Надежда». Я ухватилась за это, как утопающий за соломинку, понимая, что я больше не могу и не хочу так жить и что это – мое единственное спасение…

Я очень благодарна Господу, что мое приближение к Нему началось с этой группы. Здесь я познакомилась с сестрами и сразу поняла, что они никогда не оставят в беде и без внимания и что в трудные минуты моей жизни я всегда могу надеяться на молитвенную поддержку. И сама я научилась молиться, изучать Слово Божие, размышлять над ним.

Оглядываясь назад, я понимаю, как же это просто – прийти к Спасителю, открыть свое сердце, но каким долгим, сложным и выстраданным был этот путь для меня. Сейчас я все больше укрепляюсь в вере, расту духовно, и я уверена, что любящий Отец всегда со мной, слышит меня, ведет за Собой и дарует мне жизнь вечную.

Татьяна Шампарова
Гульнара Хузягалеева

Гульнара Хузягалеева

Моя мама умерла от побоев отца, когда мне был один год. Я воспитывалась в  Нылгинском детском доме, потом в интернате. Отца я увидела впервые годы спустя, пропитого, похожего на бомжа.
Моя мама умерла от побоев отца, когда мне был один год. Я воспитывалась в  Нылгинском детском доме, потом в интернате. Отца я увидела впервые годы спустя, пропитого, похожего на бомжа.

После 9 класса я поступила в училище на садовода. Там я встретила молодого человека, тоже воспитанника детского дома, мы начали встречаться. Потом он уехал. Когда я узнала, что беременна, позвонила ему, спросила, что делать. Он отказался от ребенка и отказался дать деньги на аборт. А потом и вовсе скрылся, сменил телефон.

Мне пришлось оставить учебу, и я осталась без средств существования. Почти год, пока была беременна, питалась плохо, только тем, что давали мне подружки.

В начале июля, когда сыну исполнилось два месяца, безысходность меня придавила. Я обратилась в государственные органы, чтобы мне помогли выжить, так как нечего было есть третьи сутки. После долгих хождений и оформления документов мне пообещали, что я буду получать пособие, но только через несколько месяцев, и посоветовали обратиться в Центр «Надежда».

В центре «Надежда» мне дали продукты, одежду, игрушки и еще многие другие вещи для меня и  младенца. Эта помощь для меня в тот момент была просто спасением. Центр «Надежда» помогает мне и сейчас, пока нет выплат пособий. Благодаря этой помощи я могу жить дальше и выкармливать моего малыша. Мне хочется выразить слова искренней благодарности всем людям, которые помогают этому Центру и его сотрудникам.

С уважением,
Гульнара Хузягалеева
Ольга Гущина

Ольга Гущина

Меня зовут Оля Гущина. Я родилась 10 марта 1985 г. В 2000 г. мой брат убил моего отца. С тех пор моя мать начала пить и заниматься проституцией прямо у нас дома.
Меня зовут Оля Гущина. Я родилась 10 марта 1985 г. В 2000 г. мой брат убил моего отца. С тех пор моя мать начала пить и заниматься проституцией прямо у нас дома. Жизнь стала просто невыносимой. В 2002 г. я выгнала мать и всех ее пьяных дружков из дома. В 2004 г. я решила продать квартиру и купить комнату в другом городе, потому что боялась брата, который сказал, что однажды придет и убьет меня. Квартиру я продала, но риэлтор обманул меня, оставив без денег и без квартиры. Так я начала жить где придется, то у одних знакомых, то у других.

Несколько лет спустя я познакомилась с молодым человеком, мы понравились друг другу и начали жить вместе. Потом я забеременела. У меня родился мальчик. Его отец от нас отказался, сказав, что не хочет поддерживать ребенка. Сейчас моему ребенку один месяц. У меня нет родственников, которые могли бы поддержать нас.

Администрация Ижевска предоставила мне комнату в переселенческом фонде на полгода. Сейчас нас поддерживает только Центр «Надежда»: они нашли для нас мебель, детскую кроватку, диван, детскую коляску, стиральную машину, электрическую плитку, на которой я могу готовить. Центр периодически поддерживает нас продуктами питания, детским питанием для моего сына, бельем, детской одеждой. Я очень благодарна за помощь. Она мне очень нужна в это трудное время моей жизни…

Ольга Гущина, г. Ижевск
Валентина Веретенникова

Валентина Веретенникова

Исповедь-свидетельство.
Биологические родители бросили меня сразу же после рождения. Когда мне было около четырех лет, меня удочерили люди, которые в этой жизни дали мне практически все: безоблачное детство, образование и все жизненные блага с учетом тех времен. За что я им, конечно, очень благодарна.
7 апреля 2006 г.  
г. Ижевск                                                                                                                        

Мне скоро будет уже 45 лет.
Я оглядываюсь на прошедшие годы жизни, и складывается впечатление, что я не жила все это время, а летала, как стрекоза в известной басне. Само появление на свет уже отложило на мне отпечаток. Биологические родители бросили меня сразу же после рождения. Когда мне было около четырех лет, меня удочерили люди, которые в этой жизни дали мне практически все: безоблачное детство, образование и все жизненные блага с учетом тех времен. За что я им, конечно, очень благодарна.

Я очень рано узнала, что являюсь приемным ребенком, и это первое неординарное событие поразило меня, привело в замешательство и отложилось в душе каким-то неприятным осадком. Я стала чувствовать себя не совсем обычной девочкой, не такой, как все, будучи подростком, я воспринимала любые замечания, ругань в свой адрес со стороны родителей как кровную обиду, считала, что будь я родным ребенком, все было бы по-другому. Мне казалось, что ко мне часто придирались, особенно отец, заставляли делать что-то по дому больше обычного. Недовольство копилось во мне. В подростковый период это недовольство выплескивалось очень часто. Я кричала на родителей, отцу прямо в глаза сказала однажды, что ненавижу его. Посещали мысли о смерти. Мне казалось, если я умру от болезни или погибну в автокатастрофе, то этим отомщу им за все нанесенные мне обиды. Все это зародило во мне комплекс неполноценности, я стыдилась своей внешности, нерешительности, эмоций, которые, я думала, унижали меня, чувствовала себя ущербной. Поэтому, чтобы как-то самоутвердиться, я в 16 лет начала покуривать. В компании позволяла себе выпить рюмку-другую. Это продолжалось 2-3 года. В это время я помирилась с родителями, посмотрела на всю ситуацию по-другому, осознала, что родители в чем-то были правы, любили меня и хотели мне только хорошего.

Студенческая жизнь пролетела быстро, оставив в душе только приятные впечатления. Оглядываясь назад в свои 45, я считаю, это было самое, самое прекрасное время.
Второй неприятный сгусток осадка отложился после попытки наладить личную жизнь. Ничего меня в то время не интересовало, даже рождение сына. Я находилась в какой-то прострации: материнские обязанности выполняла, как зомби, все точно, все в срок, аккуратно, но материнская любовь, нежность, страх за ребенка появились только через несколько месяцев.

На работу я вышла рано, когда сыну еще не было и года. На работе тогда была полная неразбериха: проектов нет, зарплаты нет, всеобщее сокращение кадров. Я удерживалась только благодаря маленькому ребенку. Тогда-то употребление алкоголя и участилось. Денег не было, но на выпивку находились. Мы скидывались и пили в компании, понемногу, но почти каждый день. Это заглушало боль за неудавшуюся личную жизнь и отсутствие работы. Маму все это начало беспокоить, она делала мне замечания, а я каждый раз обещала, что скоро все прекращу. Но все повторялось.

Потом стало полегче, появились деньги. В наш институт пришли новые люди, сменилось некоторое руководство, пришла новая струя, в которую я благополучно влилась. Пошла на повышение. Все мои работы были интересными и захватывающими, я много ездила по Удмуртии и за ее пределами. Но выпивка не уменьшилась, а, скорее, наоборот. Теперь мы пили за все: за встречи и расставания, за заказы и сдачи проектов, даже за день Парижской коммуны. Казалось, такая жизнь никогда не кончится. Но вскоре третья доза неприятного осадка опустилась в душу. Из-за смены направления работы в институте новые люди ушли, в том числе и мои непосредственные начальники, а я осталась.

С одной стороны – руководитель группы, люди в моем подчинении, а с другой – скучная, неинтересная работа. В контору шла, как на каторгу. Что-то надо было менять, но я не знала что. К тому же чувствовала: под меня роют. Постоянные стрессы и пришедшаяся на тот же период смерть матери лишили меня последних тормозов. Вы пивка стала неотъемлемой частью моей жизни.
Лозунг «напиться – забыться» стал главным. Я не считала себя алкоголиком, потому что все вокруг меня пили, иногда чаще и больше, но замечание делал начальник чаще всего мне. Это еще больше подхлестывало. Я стала недоверчивой, подозрительной, скорее хотелось бежать домой и выпить. Все мысли сосредотачивались только на этом. Вначале я пила по вечерам, потом и с утра, перед работой, и на работе. Когда не могла идти на работу, звонила, находила причину отсутствия и напивалась. Сын стал уже осознавать все происходящее, ругался. На работе начали замечать, шушукаться по углам, начальник вызывал к себе. Сначала было стыдно, потом безразлично. Началась деградация, душевное разложение, тупость. Память стала никчемная. Мне предложили анонимно полечиться, но я отказалась, дала слово, что справлюсь сама. Но не получилось. Во второй раз уже не стала отказываться. К тому времени все родственники, друзья, да и у сына в школе знали о моей «болезни».

В больнице как будто подлечили, но анонимности не вышло. Я еще не успела лечь в больницу, как об этом уже знали все. Когда вернулась на работу, ловила на себе испытывающие взгляды и осторожное: «Ну и как ты?» Меня хватило ровно на неделю – и я скатилась полностью, на дно. При воспоминании об этих днях мне становится не только противно, но гадко и мерзко, до тошноты. Я плюнула на все и на всех. Родственники совестили меня, орали и обещали, что я заболею и сдохну, как собака под забором. В это же время они активизировали свою деятельность относительно ребенка, хотели забрать его, лишить меня материнских прав.
Тут подступила неминуемая болезнь. Больная, без работы, без друзей, без родственников, возможно, без ребенка. Я ждала только смерти, в душе появилась даже какая-то радость оттого, что я так легко отделалась от этой жизни.

Но как-то раз я услышала, как плачет мой сын. Так тонко, жалобно-жалобно и надрывно, как раненый заяц. Это продолжалось в течение 30 минут. Боже, подумала я, что я делаю, что творю, во что превратилась… Если меня не будет, ребенок останется совсем один на этом свете. Некому будет пожалеть его, прижать, приласкать. От этой мысли стало страшно. Я тихонько плакала и думала, что мне еще рано умирать, жизнь должна продолжаться для сына.
В больнице я много думала о том, что произошло, почему все это случилось именно со мной. Ответа я для себя никакого не получила, но твердо для себя решила: возврата к прошлому нет. Но будущее страшило еще больше.

Сразу же после выписки из больницы мы с сыном сходили в православную церковь, помолились, обратились к Богу – но ответа я в душе так и не получила. Жить было трудно, чужие люди помогали мне немного, подкидывали денег. Чтобы не умереть с голоду. Близких никого не было. Очень сильно я на всех обижалась, в душе было пусто, в голове тоже. Одна тоска и уныние.
И вот, казалось, уже все, выхода нет. Но Бог распорядился так, что в корне изменилось мое отношение к окружающему миру и сама я. Я познакомилась с людьми, которые привели меня именно в ту церковь, где я услышала ответы на все свои вопросы. Я поняла, как мне жить, что делать.

После больницы я оказалась без средств к существованию, и мне предложили сходить в благотворительный центр «Надежда» за помощью. Для меня это предложение было неожиданным и странным. В моем понимании, благотворительная помощь оказывается тем категориям людей, к которым я себя не хотела относить. Мне было и страшно, и стыдно, но в конце концов я вынуждена была пойти. Там меня встретили милые и чуткие люди, которые внимательно выслушали меня и оказали помощь продуктами питания и одеждой. Мне предложили помощь психолога. Так я стала частью нашей группы, которая работает по программе «12 шагов». Это стало переломным моментом в моей жизни. Здесь я встретила друзей, поддержавших меня, рассказав откровенно о своих обидах и грехах, мне стало намного легче. Группа выслушала меня, не осудила. Это было моей эмоциональной подпиткой, наше общение давало каждому что-то новое и значимое. В группе я получила то, чего не хватало мне, моей опустошенной душе. Я пришла к Богу. Началось мое физическое и духовное оздоровление. Посредством 12 ступеней мы получали освобождение от зависимости, возможность обретать мир и изучать Слово Божье, использовать силу Его против врага.

Я благодарна Богу, что  душа моя наполнилась и жизнь обрела смысл. Вскоре решились и многие другие мои проблемы. Я покаялась и думаю, что Бог простил меня и принял под Свою защиту. Это я чувствую теперь постоянно. Я стала увереннее смотреть в будущее, перестала истязать себя прошлым.  Отношения с сыном наладились. Раздражение, недовольство, обида и злость потихоньку уходят.

Бог не оставит меня и моего сына, в это я твердо верю.

Пережив весь позор прошедшего времени и ощутив сполна на себе алкогольную зависимость, я очень хочу помочь людям, страдающим от этой проблемы, вытащить их из этой пропасти. Мир без водки намного прекраснее.
Гасникова Эльвира

Гасникова Эльвира

В 16 лет я вышла замуж и родила ребенка. В 2000 году мы продали квартиру.Так как нашим риэлтором оказался  мошенник, который оформил сделку и исчез из города, моя семья осталась без квартиры и без денег. Муж отказался нести ответственность за происшедшее и оставил нас с сыном одних.
В 16 лет я вышла замуж и родила ребенка. В 2000 году мы продали квартиру. Так как нашим риэлтором оказался  мошенник, который оформил сделку и исчез из города, моя семья осталась без квартиры и без денег. Муж отказался нести ответственность за происшедшее и оставил нас с сыном одних. Почти 3 года мы жили где попало, где придется. Часто я ночевала в подъездах, спала в коробках вместе с сыном. Так получилось, что я забеременела от мужчины, который иногда пускал нас переночевать в его сторожку. Через некоторое время у меня родился мальчик и, поскольку жить было негде, я оставила его в роддоме. Я была в отчаянии и мои знакомые посоветовали мне обратиться за помощью в Центр «Надежда».

Самое первое, что мне предложили  в центре «Надежда» – это забрать ребенка, пообещав всестороннюю поддержку.  Центр помог мне с детской одеждой, кроваткой,  детским и взрослым питанием и еще много чем. Но, забрав ребенка, я через три месяца положила его на обследование в больницу и уже обратно не забирала. Так прошел год. Мы постепенно отвыкали друг от друга, я почти ничего не чувствовала к нему, хотя он и был моим сыном.

Руководитель центра «Надежда» Галина Кирилловна продолжала навещать меня, интересовалась Ваней, убеждала меня, что его нужно как можно быстрее забирать из приюта и воспитывать самой. После того как были собраны все необходимые документы,  Ваня вернулся домой. Ему было 1 год и 4 месяца. Первое время всем было очень трудно. Он постоянно боялся, что его оставят, и реагировал крайне болезненно на многие вещи.

Сейчас Ване 4 года. Он  растет смышленым мальчиком. В 2006 году у меня родился еще один сын Ярослав. Я, мой муж и трое сыновей живем в комнате в общежитии, воспитываем детей вместе. И хотя в моей жизни  еще много проблем и неустройства, я очень рада тому,  что не потеряла сына и могу жить дальше со свободной совестью.